Леонид Каганов, 2002

БРЭДРОЛ
сказка для альдебаранских серпентенышей
младшего возраста (2-3 линьки)

Пространство за кормой было чистым и безмятежным — погони не было. Брэдрол предполагал, что погони не будет. Насколько он уже успел понять, нуль-шишиги — существа, мягко говоря, неторопливые. Тем более если это престарелые нуль-шишиги. Брэдрол еще не решил, куда направится дальше, но чувствовал — впереди целая жизнь, полная ярких событий и приключений. В корабельной библиотеке, помимо навигационных справочников, оказалась книга «Антология поэзии Земли». Брэдрол запоем прочитал всего Пушкина, затем взялся за Бродского. Неожиданно в рубке раздался сигнал вызова. Брэдрол решил не отвечать, но вызов не умолкал. Кто бы это мог быть? Он огляделся — так и есть. Слева маячил далекий контур быстроходного катера. Брэдрол сфокусировал камеру, насколько позволяла древняя электроника, — катер оказался патрульным. Пришлось ответить.

— Звездолет Брэдрол слушает! — сказал Брэдрол в эфир.

— Капитан Брэдрол, добрый вечер! — раздался в рубке высокий манерный голос. — С вами говорит лейтенант Ханни Банни, патрульная служба Гончих Псов.

Брэдрол помолчал, делая вид, что удивлен.

— Я вас слушаю, лейтенант... э-э-э... Банни. Что-нибудь случилось?

— Ничего особенного, обычная рядовая проверочка. Кто вы? Откуда и куда следуете? Документики на корабль?

— Меня зовут Брэдрол, — ответил Брэдрол гордо. — Я, например, поэт из созвездия Гончих Псов.

— Поэт? — удивился лейтенант. — Мне очень приятно, что вы поэт. Полагаю... мэ-э-э... я был бы рад познакомиться с вами и вашим творчеством... мэ-э-э... ближе. Но нам надо для начала уладить формальности, касающиеся корабля. Он находится в вашей собственности, или у вас есть... мэ-э-э... доверенность?

— Послушайте, Банни, историю корабля, — объявил Брэдрол торжественно, а сам потихоньку включил прогрев подпространственной дюзы и начал выбрасывать в эфир строчки одну за другой. Немножко «в нос» по моде XX века, неспешно и монотонно:

Нуль-шишиг, самых честных правил
В глухом неведомом краю
Космический корабль заставил
Старуху дряхлую свою
Собрать. И вот она упрямо,
Неутомимо, день за днем,
О Боже! Из какого хлама!
Которого и днем с огнем!
И с фонарем! И с зажигалкой!
Найти нельзя! И лишь на свалке
Величия былой эпохи,
Где старый мир роняет вздохи,
С тобой расстаться нам пора!
Мосье прогнали со двора!

С этими словами Брэдрол активировал дюзу и провалился в подпространство, вынырнув сразу на тридцать парсеков ближе к центру галактики. И полетел дальше, утюжа пространство космоса. Настроение у Брэдрола было прекрасным — еще бы, так здорово провести патрульного! Прошел легкий метеоритный дождик, песчинки уютно шуршали по обшивке. Созвездие Гончих Псов удалялось. Брэдрол перешел к поэзии Серебряного века, взахлеб читал Ахматову и Гумилева, а для разнообразия почитывал Баркова. Внезапно старенький локатор обнаружил впереди небольшое тело. Брэдрол свернул вправо, но тело упрямо ползло к нему.

— Звездолет, ответьте на вызов! Звездолет, ответьте на вызов! — раздавалось все громче на общей частоте.

— Звездолет Брэдрол слушает! — ответил Брэдрол.

Теперь уже можно было рассмотреть махину. Закопченная чушка, местами оплавленная, местами залатанная. Брэдрол понял, что перед ним бывалый крейсер.

— Добрый день, капитан Брэдрол! — послышалось в эфире. — С вами говорит экипаж секюрити планеты Логос.

— Первый раз слышу о такой планете, — холодно произнес Брэдрол.

— Тем не менее вы вошли в зону планеты, поэтому будьте добры предъявить документы.

— А с кем имею честь?

— Капитан Тэдди Бруин и его друг, стрелок-наводчик Вульф Томбофски.

«Ишь ты, стрелок-наводчик, — подумал Брэдрол, — пугать вздумали? Секюрити! Сейчас у каждой планеты развелось секюрити...»

— Я поэт из созвездия Гончих Псов! — заявил Брэдрол. — Нахожусь в свободном творческом поиске!

— Поэ-э-эт? — недоверчиво протянул капитан Тэдди.

— С вашего позволения прочту одну из последних поэм, — сказал Брэдрол, незаметно включая прогрев подпространственной дюзы.

Я вижу, сегодня твой тон необычно суров
Вдали от космических трасс, где звенит пустота.
Послушай, далёко-далёко, в созвездии Псов
Живет пожилая чета.
 
Они так хотели увидеть другие миры,
Настроив фасетки своих перепончатых глаз,
Но знаешь, как трудно уехать из черной дыры?
Где скорости света уменьшены в тысячу раз?
 
Из тлена и хлама корабль собрали они,
Внутри декорировав хворостом, мхом и травой.
И та электронная схема от детской фигни —
Компьютер теперь бортовой.
 
А в ночь перед стартом царила в норе суета —
Нуль-шишиги утварь пихали в большой чемодан.
Никто не узнал, как включился компьютер борта
И двинул за Альдебаран!
 
Вдогонку пустился патруль, а настигнуть не смог —
Остался висеть на орбите, как радиобуй.
И вам, идиотам, работникам звездных дорог,
Достанется...

Не дочитав стихотворения, Брэдрол активировал дюзу и провалился еще на шестьдесят парсеков ближе к центру галактики. Ведь что ни говори, в старых железках порой есть свои преимущества. Например, если у дюзы сломан трассирующий индикатор, то может, с точки зрения безопасности экипажа, это и недопустимо — мало ли куда вышвырнет в подпространстве, никакие спасатели не найдут. Но для беглого беспилотного корабля ничего лучше и не придумать! Исчез — и никто не знает куда.

Брэдрол радостно пошевелил внутренними манипуляторами каюты, выпустил сигнальную ракету — просто так, для баловства — и отправился дальше. Если к потрепанному звездолету, ползущему не торопясь на маршевых соплах, применимо слово «походка», то походка Брэдрола была расхлябанной. Он всерьез увлекся японской поэзией, резонно рассудив, что этот жанр совершенен по соотношению производительность/результат. Сочинение трехстрочий без рифмы и ритма давало превосходный эффект, а вычислительных мощностей требовало по минимуму. Брэдрол не сразу заметил, как на локаторе заднего сектора появилась точка и начала стремительно расти. Вскоре уже можно было разглядеть здоровенный красивый лайнер. Брэдрол надеялся, что лайнер пройдет мимо, но он мягко притормозил, и в эфире послышался бархатный женский голос:

— Уважаемый экипаж звездолета! Вас приветствует пассажирский лайнер компании «Пан-Галактион», следующий по маршруту Земля-Вега!

— Добрый день! — сказал Брэдрол. — Я свободный поэт из созвездия Гончих Псов, путешествую. Меня зовут Брэдрол. А вас?

— Фокси Рейнард, капитан лайнера, — сказала обладательница бархатного голоса. — Я так люблю стихи! Вы мне не прочитаете что-нибудь?

— С удовольствием! — ответил Брэдрол. — Слушайте внимательно:

Восвояси улетел звездолет
От пожилой супружеской пары —
Только его и видали!

— Японская древняя поэзия! Восвояси! — с чувством произнесла Фокси Рейнард. — Какая прелесть! А еще, а еще?

— Вам правда нравится? — обрадовался Брэдрол. — У меня есть еще!

— Прочтите, пожалуйста! — воскликнула Фокси Рейнард. — Жаль только, что я не все слова разбираю. У вас очень слабый передатчик.

— Я могу подойти ближе, — предложил Брэдрол. — И если вы не спешите, прочту еще?

— Вы меня очень обяжете, — сказала Фокси Рейнард.

Брэдрол запустил маневренные сопла, подъехал ближе к корпусу лайнера и произнес в эфир как можно громче:

Быстрый патрульный корабль!!
Ласточкой взмыл вслед за мною!!
Я и его обманул!!!

— Восхитительно! — с чувством произнесла Фокси Рейнард. — Да у вас еще и голос красивый!

— Да уж, такой у меня голос! — сказал Брэдрол.

— Пассажиры нашего лайнера выражают восхищение!

— Они тоже слышали?! — оживился Брэдрол.

— Разумеется! Я включила трансляцию на весь салон. Они аплодируют, слышите?

— Не слышно отсюда, — сказал Брэдрол. — Но это очень приятно.

— Вам надо декламировать в студии, — продолжала Фокси Рейнард. — Записываться на качественную аппаратуру. А у нашего лайнера такая экранированная обшивка, что внешние радиоволны долетают как из консервной банки.

— Очень жаль, — сухо сказал Брэдрол. — Что у вас такой лайнер.

— Речь понять легко, а вот тонкие модуляции вашего голоса...

— А нельзя ее содрать?

— Наружную обшивку? — удивилась Фокси Рейнард. — К сожалению, это никак невозможно. Конструкцией не предполагалось. Хотя... Ведь я могу приоткрыть створки трюма, верно? Может быть, тогда вы услышите и аплодисменты пассажиров? Если бы вы приблизились к хвостовой части...

— Я уже иду! — сказал Брэдрол, и маневренные сопла вспыхнули веселыми огоньками.

Как только створки приоткрылись, Брэдрол подошел вплотную к трюму, направил передающую антенну внутрь и начал декламировать:

Хорошие бравые парни
У планеты Логос в секюрити...
 

Закончить Брэдролу не дали. Из темных недр трюма высунулась пара мощных манипуляторов, они цепко схватили его за бока и втащили внутрь. Брэдрол и опомниться не успел, как сбоку появился третий манипулятор и ловко отсоединил подпространственную дюзу, а затем сопла — ходовые и маневренные.

— Что это значит?!! — возмущенно крикнул Брэдрол в эфир.

— Это значит, голубчик, — проворковала Фокси Рейнард, — что ты в розыске уже третьи сутки. Тебе придется вернуться к своим хозяевам в созвездие Гончих Псов, а заодно пройти курс лечения у районного киберпсихолога.

— От чего лечения?! — возмутился Брэдрол.

— От самоуверенности, Колобок, от самоуверенности.

И створки трюма назидательно захлопнулись.

19 марта 2002, Москва

 


    посещений 104