{imgicourl}{zamok}
<< предыдущая заметкаследующая заметка >>
10 марта 2010
главки

Как-то не очень понимаю, как на Роскон приеду и буду смотреть в глаза своему редактору — книгу должен был сдать к Новому году. Постараюсь остаток марта посвятить упорному нечеловеческому труду и закончить ее. А пока покидаю что ли главок немножко.

Тренировки Романа

Одна нога Романа была привязана лентой нано-скотча к верхнему веку Отшельника, другая к нижнему. Фактически Роман висел над пропастью. Отшельник то приоткрывал глаз, то снова чуть закрывал, и ноги Романа растягивались в разные стороны, формируя растяжку, столь необходимую в любом боевом кунфу мира, особенно в космическом.

— А-а-а!!! — стонал Роман. — О-о-о!!! Как больно!!! Учитель, я сейчас разорвусь пополам!!! А-а-а-а-а!!!

— Послушай, Роман, — донесся издалека раздраженный голос Википеда. — А тебе не кажется, что тренировка силы воли была бы вдвое эффективней, если бы ты заодно с растяжкой упражнялся в сдержанности и молчании? Правда, Отшельник?

— О-о-о-о-о... Чтоб ты треснул, Википед! — в сердцах простонал Роман. — Если мои занятия мешают тебе смотреть мультики на Горизонте событий, то так и скажи-Ы-Ы-Ы-Ы!!! — взвыл он, потому что Отшельник распахнул веко особенно сильно, чтобы Роман не отвлекался по пустякам.

— Я не мультики смотрю, — обиженно возразил Википед. — С чего ты взял? Чего там смотреть-то? Подумаешь, вся история Вселенной! За те бесконечные часы, пока ты здесь тренируешься, я уже успел просмотреть все самое интересное от Клеопатры до Екатерины Второй, от Ксюши Собчак до Кати Гордон. Ну и аналогично на всех остальных столь же мерзких планетках. — Википед помолчал. — Да-с, утомительное однообразное зрелище, — подытожил он желчно. — Лишь когда у тебя перед глазами вся история Вселенной от Большого Взрыва до Большого Хлопка, начинаешь понимать, насколько все события в ней низки, мерзки и постоянно повторяются в одних и тех же позах. Какая тоска! Какое экзистенциальное однообразие! Какой унылый и бесцельный стресс!

Отшельник громогласно кашлянул и повращал глазами.

— Учись! — прогрохотал он Роману задумчиво. — Тренирую-то я тебя, а Википед тем временем, я смотрю, продвинулся гораздо ближе к постижению космического кунфу! По крайней мере, в постижении его философии! А ты как был ничтожеством, так и остался!

Роман рассеянно вздохнул — чисто разговор поддержать. Он уже знал, что такими репликами Отшельник тренирует его внутреннее самообладание, тоже совершенно необходимую вещь в космическом кунфу. Но подобные высказывания на него уже давно не действовали — то ли самообладание достаточно хорошо развилось, то ли мешало само понимание, что Отшельник это говорит лишь ради тренировки.

— Поэтому теперь я нашел куда более увлекательное занятие, — продолжил издалека Википед.

— Да? И чем же ты теперь занят? — удивился Роман, несмотря на боль, и попробовал повернуть голову, но Отшельник снова распахнул глаз пошире, и Роману снова стало ни до чего.

— Я разглядываю коробку от пиццы, — сообщил Википед скрипуче.

Тут уже удивился даже Отшельник.

— И что там?! — прогрохотал он и так удивленно взмахнул веками, что Роман издал совершенно нечеловеческий вопль.

Википед кашлянул.

— Во-первых, дизайн, — начал он с чувством. — Унылое беспросветное дерьмо! Студенческая мазня! Буэээ! Удолбанские шрифты, бездарно выбранные из бесплатной коллекции шрифтов! Чудовищно зажатый кернинг

! Бездарно отрисованная фотка пиццы из стандартного клиппарта, положенная на отвратительный несъедобный фон! Чудовищная расползающаяся полиграфия — я и не думал, что такая еще осталась в XXIII веке! Больше всего на свете меня бесит...

— Где ты таких выражений набрался? — удивленно перебил Роман.

— Не важно, — отмахнулся Википед. — В юности читал в интернете статьи по дизайну. Но дизайн — это еще что! Ты бы видел сам текст! Цитирую со знаками препинания: «Суперакция! Закажи сто пицц, стань участником розыгрыша и получи суперприз!» — Википед с отвращением фыркнул: — Стопиц! Суперакция! Суперприз! Читаю дальше: «Под каждой сотой крышечкой — это они имеют в виду вот эти картонные коробки, да? — лежит твой пропуск в виртуальную реальность, два восклицательных знака. Создай свой удивительный мир вместе с пиццей...»

— Хватит! — скомандовал Отшельник, и Википед замолчал. Но Отшельник, оказывается, обращался не к нему, а к Роману: — Хватит. Достаточно на сегодня с растяжкой, отклеивай скотч. Приступим к отработке приемов рукопашного боя. В прошлый раз мы остановились на подсечке...

— Боже! — взвыл Википед. — Ну сколько можно! Подсечки, удары, захваты — каждый день одно и то же, и почему-то всегда партнером для битья должен быть я!

— Скажи еще спасибо, — проворчал Отшельник, — что я обучаю Романа приемам кунфу, а не камасутры!

— Википед, — поддержал Роман, — но мне действительно больше не с кем тут тренироваться. Отшельник — каменный астероид, остальное в Черной дыре — пустота и мусор. На ком же мне отрабатывать удары, подсечки и броски? Почему ты всегда ноешь и отказываешься быть моим спарринг-партнером?

— Да потому что у меня уже вывихнут левый манипулятор и треснула правая камера! — заорал Википед. — Я не мальчик для битья! Я старый больной холодильник, вероломно и без спроса переделанный в космическую шлюпку! Мне семьдесят два года!

— Прекратить склоку! — скомандовал Отшельник. — Википед, у тебя есть другие предложения?

— Есть! — неожиданно вскинулся Википед. — Конечно есть! Только вы мне все время затыкаете динамик, не давая ни слова сказать!

Отшельник и Роман, не сговариваясь, расхохотались.

— И ничего смешного! — нахмурился Википед. — Да, у меня есть предложение! Да, оно потрясает своей глубиной и мудростью! А именно: пусть Роман тренируется мысленно! Пусть бьется с воображаемым противником!

— Да? — скептически переспросил Роман. — И какой смысл мне воображать этого противника?

— Воображать буду я, — заверил Википед. — Воображать — это грязная и неблагодарная работа, но я готов ее выполнять со всей ответственностью. Я буду воображать для тебя противника, — Википед оживился и потер манипуляторы в предвкушении. — Это будет ужасное чудовище! У него три головы, и из всех четырех ртов капает зеленая ядовитая слизь!

— Почему четырех, если головы три?

— Четвертый у чудовища с тыла, — объяснил Википед, — он-то самый зубастый. Вдобавок, у чудовища семь хвостов с ядовитым жалом, само оно покрыто непробиваемой чешуей, на спине его черные кожистые крылья, а в каждой второй лапе у чудовища будет бластер. А в каждой первой — двуручный меч! Это так, для начала, для первого дня тренировки...

— Такое мне будет сложно представить, — сообщил Роман.

— Объясняю снова, — скрипуче проворчал Википед. — Представлять буду я. А ты будешь сражаться, отрабатывать приемы.

— О чем он говорит? — Роман удивленно посмотрел на Отшельника.

Тот в ответ сделал такое лицо, будто тоже хотел недоуменно пожать плечами, хотя плеч, понятное дело, у него не было.

— Я тебя не понимаю, Википед, — вздохнул Роман. — По-моему, ты свихнулся, насмотрелся на своем Горизонте событий каких-то диких планет.

— Да потому что вы никогда меня не слушаете! — вскипел Википед. — Вот, смотри!

И он поднял манипулятор, в котором болтался то ли обрывок скотча, то ли лопнувший воздушный шарик, то ли маленький лифчик.

— Что это? — спросил Роман.

— Это то самое, — объяснил Википед, — о чем я вам уже час толкую. Очки виртуальной реальности! Они лежали в одной из коробок с пиццей. К ним прилагался диск с играми, — Википед с отвращением всплеснул манипуляторами, — но там было полное убожество! Чудовищная графика на уровне конца XX века, поганые удолбанские шрифты, отвратительная цветовая гамма, боже, как меня бесит...

— Википед, не отвлекайся, прошу!

— Да, — пришел в себя Википед, — так вот. Я это все выкинул и подключился по блютуз к очкам сам. Теперь придумывать виртуальную реальность буду я! А ты надень очки. Надень. Надень их, не бойся!

Роман недоверчиво оглянулся на Отшельника, но тот лишь кивнул головой — пожалуй, слишком энергично, Роман чуть не слетел.

Взяв у Википеда розовую тряпочку, Роман разгладил ее — это действительно оказались очки виртуальной реальности, дешевые, китайские, какие дают в комплекте к совсем детским игровым приставкам. Он нацепил очки на глаза, оглянулся... И вдруг завопил от нестерпимого ужаса, бросившись бежать!

Трижды Роман обежал вокруг Отшельника, пока тому удалось аккуратно схватить его зубами за ногу.

— Что это было? — спросил Роман, стянув с лица очки и тяжело дыша.

— Колесный хитиновый трубомонстр с чешуйчатой протоплотью! — с видимым удовольствием сообщил Википед. — Я его придумал вчера. Классно, правда? Не самый страшный из моей коллекции, в чем ты скоро убедишься, так, для разминочки. Есть еще гомункулусы, огры, вампиры, скелеты подземелий... Надевай очки снова, я тебе еще не то покажу!

— Стоп, стоп! — громогласно заявил Отшельник. — Вернемся к тренировкам. Википед, а ты не мог бы представить ему для начала просто боксерскую грушу. Чтобы она висела и раскачивалась?

— Могу, конечно, — обиженно просипел Википед. — Но это сковывает мою фантазию и унизительно для моего художественного воображения. Мой электронный мозг при этом будет задействован всего на четыре процента.

— Но нам надо тренироваться, а не кино смотреть, — напомнил Отшельник. — Так что представь раскачивающуюся грушу. А ты, Роман надень очки и отрабатывай двойной боковой удар с блоком. Я буду считать. Раз, два — удар! Раз, два, — удар! Четче! Локоть выше! Не суетись, пропусти... удар! Еще удар! — Отшельник вздохнул. — Труднее всего мне: я-то не вижу, что у вас там происходит.

С того дня тренировки пошли с удвоенной силой. Отшельнику было сперва трудно руководить занятиями, но затем все как-то синхронизировалось. Википед, конечно, жаловался на то, что полет его фантазии сковывают, но Отшельник было неумолим: никаких чудовищ и спецэффектов, сплошные тренажеры.

Тренажеры удавались Википеду плохо, поскольку он их никогда не видел. Даже боксерскую грушу ему удалось представить не сразу: то, что увидел Роман в своих очках, действительно имело грушевидную форму и подходящий размер. Но на этом сходство заканчивалось: груша, придуманная Википедом, была аппетитного желтого цвета, один бок у нее был румяным и сочным, а из другого высовывался червячок. Цепь, на которой крепилась груша, Википед изобразил неуместно ржавой и старой — видно, осталась заготовка от его фантазий с боевыми скелетами подземелий. В том месте, где груша соединялась с цепью, торчал небольшой зеленый листочек, а чуть пониже красовался ценник со штрих-кодом. Когда Роман нанес груше удар, вместо того, чтобы качнуться в сторону, груша очень натурально развалилась на куски, обдав Романа брызгами сока, а червячок выпал, взволнованно пискнул и уполз. И хотя сок был тоже выдуманный, Википед выдумал его на совесть: когда Роман оглядел, не снимая очки, свой кулак, он увидел его перепачканным в груше, и долго вытирал об штаны, хотя кулак был, разумеется, чист.

В конце-концов удалось разъяснить Википеду, как должна выглядеть боксерская груша, козел для прыжков, бревно с шипами для отработки блоков, макет воина с деревянным мечом и макет бандита, медленно вынимающего бластер из тренировочных штанов с полосками. Дело пошло на лад, приемы отрабатывались споро. Роман стремительно овладевал всеми видами оружия и рукопашного боя, приобрел необходимую закалку, силу, ловкость и выдержку. Временами Роману даже казалось, что он почти овладел Силой Воли и способен двигать предметы на большие расстояния и менять события Вселенной. Но что-то мешало освоить это до конца. Отшельник тоже был им недоволен.

Впрочем, нельзя сказать, что уроки Отшельника прошли совсем впустую — по крайней мере, двигать усилием воли небольшие предметы на маленькие расстояния Роман научился, а это, согласитесь, уже большое дело, недоступное такому обычному заурядному человеку, как, например, ты (не обижайся, это же правда).

Да, Роман мог двигать небольшие предметы. Увидь кто Романа в такой момент, он бы сразу понял, что парень изучает настоящее космическое кунфу, а не какую-нибудь там дыхательную гимнастику с ударами ног.

Однажды, когда Википед заявил, что устал, и улетел в дальний угол Черной дыры отдохнуть, Роман тренировался сам без очков: усилием воли подзывал к себе из окружающего пространства маленькие метеориты и ребром ладони разбивал их в крошево. Ребру было больно, но приходилось терпеть.

— Резче замах! — однообразно грохотал Отшельник, даже не глядя в его сторону. — Тверже локоть. Не делай упражнение бездумно: осознавай, что тебе это по-настоящему надо. Сосредоточься!

— Да не могу я сосредоточиться! — вдруг взорвался Роман. — Не могу и все!

— Что случилось? — Отшельник удивленно повернул правый глаз в его сторону.

— Я думаю о Ларисе! — воскликнул Роман. — Я все время думаю о ней!

— Ты не должен думать о ней во время тренировок, — строго сказал Отшельник. — Забудь о ней, если любишь ее и хочешь спасти!

— Как я могу забыть, если люблю?! — возмутился Роман. — И как же я смогу спасти, если забуду о ней? Учитель, я тренируюсь здесь уже вечность, конца и края нет моим тренировкам!

— Не забывай, — напомнил Отшельник. — Пока ты в Черной дыре, времени не существует. Считай, что реальность стоит на паузе. Ты можешь тренироваться, не беспокоясь ни о чем, пока не достигнешь мастерства. Ведь ты по-прежнему очень слаб.

— Да! — вскричал Роман и вскочил. — Да! Но, черт возьми, я должен ее спасти! Я люблю ее и не могу сидеть здесь так долго!

— Любовь не должна мешать тренировкам, — повторил Отшельник.

— Как у вас все просто, Учитель! — вскричал Роман в сердцах. — Да что вы вообще знаете о любви?!

Вряд ли Роман ожидал какого-то ответа от своего Учителя, скорее предполагал, что тот на него прикрикнет или заставит двадцать раз отжаться в невесомости — занятие легкое, но позорное. Однако фраза неожиданно повисла в пустоте. Казалось, даже Горизонт событий перестал мельтешить, а уж Википед и вовсе проснулся, подлетел поближе и навострил обзорные камеры.

— Что я знаю о любви? — медленно прогрохотал Отшельник, вращая глазами. — А что ты знаешь обо мне, самоуверенный мальчишка?

Роман глянул на него и остолбенел: если бы Отшельник был человеком, наверняка он бы покраснел лицом. Но человеком он не был. Однако цвет изменился: если раньше лицо Отшельника напоминало серый базальт, теперь оно больше походило на темно-багровый мрамор с белыми прожилками.

— Что ты знаешь обо мне?! — снова яростно прогрохотал Отшельник.

— Ничего... — испуганно пробормотал Роман. — Простите, Мастер, я... Я не хотел вас обидеть, я...

— Ты знаешь, кто я? — продолжал грохотать Отшельник. — Знаешь ли ты, кем я был раньше? Знаешь ли, почему я здесь?

— Нет! — испуганно замотал головой Роман, который никогда не видел Учителя в таком состоянии.

— Ты хочешь это знать? — прогрохотал Отшельник.

— Нет-нет! — снова замотал головой Роман, но подумал, что это не вежливо и поспешил объяснить: — В смысле, конечно да, но если это что-то личное... То мне приставать с расспросами неудобно.

— Неудобно в морозилке удочки хранить! — послышался скрипучий голос Википеда. — А послушать жизненную историю всегда очень даже удобно! Даже если не на кухне — обычно принято на кухнях такие истории рассказывать. Ты рассказывай, Отшельник, не стесняйся, здесь все свои!

Отшельник смерил Википеда взглядом от багажника до лобового стекла и снова повернулся к Роману. И надолго замолчал, с шумом закрыв каменные веки и погрузившись в свои мысли.

Казалось, прошла вечность. Роман уже думал, что Отшельник уснул и ничего не скажет, а Википед стал нервно летать кругами, сцепив манипуляторы сзади за багажником, и от того слегка напоминал Карлсона, как того рисуют в старых книжках. Но Отшельник вдруг заговорил.

— Я не всегда был идеальным космическим телом, — сообщил он тихо-тихо. — Я не всегда был круглым каменным шаром, висящим в Черной дыре на задворках обитаемой Вселенной. Давным-давно я тоже был человеком...

— Я всегда предполагал что-то в этом роде! — поддакнул Википед. — Иначе откуда у каменного шара такой типично человеческий лицевой щиток?

— Да, я был человеком, — громогласно вздохнул Отшельник. — Лет мне было примерно как Роману, когда я встретил одну прекрасную девушку... Да! Я полюбил ее с первого взгляда! Это было чувство потрясающей силы, вы не представляете!

— Представляю! — кивнул Роман.

— В то время я писал стихи! — продолжал Отшельник. — И неплохо писал, скажу я вам! Меня даже называли первым поэтом галактики из молодых, подающих надежды! И свои лучшие стихи я написал для нее! Да! Но вот беда... — Отшельник нахмурился. — Она меня не любила! Она была увлечена одним знаменитым спортсменом. Как я его ненавидел! Но что я мог поделать? Кто я? Молодое ничтожество, тощий поэтишка, пусть даже первый из молодых... Что мне было делать? Отступить? Смириться? Нет! — сказал я себе. Я бросил все! Я переехал на Юпитер, где тяжелее всего, и начал заниматься гантелями круглые сутки! Довольно скоро я оброс мускулами и гнул руками стальные дюзы! Я целиком посвятил себя спорту, я занимался самозабвенно всеми его видами!

— Вот это Сила Воли! — вздохнул Роман.

— Вскоре, — продолжал Отшельник, — я уже побеждал на соревнованиях по фигурному катанию на роликах и прыжкам с шестом в воду! По биатлону в вакууме и метанию молота на орбите! Прошло несколько лет, и я вызвал того спортсмена на честный бой по футболу без правил, и обыграл со счетом 7:0! А затем я пришел к ней... Я вывалил к ее ногам все свои медали! Я-то думал... Эх... — Отшельник помолчал. — Но она ответила: я не люблю тебя. Извини, я сейчас встречаюсь с одним крупным ученым...

— Вот стерва! — сказали Роман и Википед в один голос.

— Простите, Учитель... — тут же смутился Роман, но тот словно не слышал.

— Тогда я скачал из интернета все учебники, — продолжал Отшельник, — и подал документы в лучшие ВУЗы галактики! Я посвятил себя науке! День и ночь я зубрил химию Большого взрыва и ботанику необитаемых планет! Нелинейную диснеевскую геометрию и прикладную логистику Лукьяненко-Роулинг! Я изучал нанофизику и парапсихопатию! Я закончил с красным дипломом Факультет Высшей справедливости Оксфорда! И Марсианский институт природопользования! Я защитил звание магистра паракибернетики в Юпитерской нефтяной академии! И дослужился до генерал-наездника Гусеничных войск в Высшем военном ветеринарном училище боевых гусениц планеты Дюна! Наконец, я защитил кандидатскую по истории русского баяна в Историко-архивном институте Гончих Псов имени Фоменко, разбив в пух и прах бездарные теории ее любимого ученого! Но не остановился даже на этом! Наука увлекала меня! Это я разработал вакцину против насморка! Это я сделал первую в мире операцию по пересадке ягодицы от человека роботу!

— Не может быть! — всплеснул манипуляторами Википед. — Так это были вы?!

— Я, — скромно сказал Отшельник, потупив взгляд, насколько позволяло ограниченное пространство Черной дыры.

— Вы тот самый врач, победивший насморк?! — продолжал Википед. — Что ж вы сразу не сказали?!

— Да, — вздохнул Отшельник. — И не только это. Я действительно стал крупным ученым. По всей Вселенной меня приглашали читать лекции по мат-анализу и перемат-анализу. По интернет-конденсаторам и вакуумным двигателям! А в свободные минутки ради развлечения я под вымышленными именами оканчивал экстерном то Московский техникум богатства и безделья, то Лунный ракетостроительный колледж...

— Вот этого быть не может! — возразил Роман. — Я ж там учился, у нас такой строгий режим, такой лютый декан, халявы нет...

— Тем не менее, это правда, — сообщил Отшельник. — И наконец, я защитил блестящую докторскую по физике плутониевых сплавов с деревянными лесосплавами! Это было очень непросто, но я сделал это! И тогда я решился! Я снова пришел к ней! Я бросил к ее ногам дипломы, патенты, рационализации, статьи и регалии! А она посмотрела на все это и ответила: я не люблю тебя! Она в это момент увивалась за каким-то модным поэтом-песенником! Я воскликнул: зачем тебе этот прилизанный балбес? И она ответила: слушай, он же сейчас больше всех зарабатывает... Понимаете?

— Не очень, — признался Роман.

— Я тоже тогда не понимал! — с горечью произнес Отшельник. — Но решил испробовать и этот шанс. Я бросил науку и занялся бизнесом! Я... э-э-э... можно я эту часть пропущу? Знаю, что вы не из налоговой, но все же. В общем, когда я заработал свой первый миллиард, она сама прибежала ко мне!

— Вау! — сказали хором Роман и Википед, а Википед от чувств даже похлопал манипуляторами по металлическому боку.

— Она сказала: дорогой, я вся твоя! Спасибо, что ждал меня эти сорок лет! Да... Она была прекрасна! Я бросился на нее как безумный! И принялся срывать с нее одежду!

— Вау! — снова сказали хором Роман и Википед.

— Она отчаянно сопротивлялась! — продолжал Отшельник.

— Вау!

— Но я все-таки сорвал одежду!

— Вау!

— А вместе с одеждой сорвалось все то, что я любил в ней! Зубы и плечи... бедра и уши... грудь и спина... чувственные губы и лукавые ямочки на щеках... — Отшельник затрясся от рыданий, крупные камни покатились из его глаз. — Она! Моя первая и единственная любовь! Она оказалась переодетой жабой-инопланетянкой! Причем, извращенкой!

Он долго трясся и вздыхал, а Роман и Википед дипломатично молчали. Наконец, Отшельник успокоился и продолжил уже почти спокойным тоном:

— Жабы ее породы тихо обитают на планете Чат-Чат в болотцах, питаются сырыми интернет-новостями и живут по пятьсот лет. Это тихие существа, никто их обычно не видит, и никому от них нет вреда. Но в семье не без урода. И в цивилизации мирных жаб однажды родилась извращенка! Эта паразитка покинула родную планету и принялась бродяжничать по галактике, переодеваясь красивой девушкой, потому что задалась целью выскочить замуж за богатого человека и получить наследство! Но из-за своей потрясающей жадности всякий раз бросала очередную жертву и переключалась на более богатого! Так наследства и не дождалась.

— Вау! — выдохнули Роман с Википедом растерянно.

— Я потерял любовь, — продолжал Отшельник, — потерял цель жизни. Мне осталось лишь одно — самоубийство. Но яркое! Пусть знает!

— Зря вы так, — укоризненно заметил Википед.

— Целый год, — продолжал Отшельник, закрыв глаза, — на окраине галактики я строил установку Гиперактивного коллайдера на гигантских котах Шреддингера, прикованных к точкам сборки цепями Маркова. Чтоб уж наверняка. Наконец все было готово. Я сочинил предсмертное хокку, вошел босиком в незаземленную камеру и опустил за собой кристаллическую решетку, чтобы мгновенно распылиться про всему пространству-времени тонким равномерным слоем... — Отшельник помолчал. — Лишь в последний миг я понял, что слегка ошибся в расчетах: не учел принцип непрерывности Лужкова и правило Буравчика-Станиславского. Но было поздно: бозоны пошли на нерест! Дальнейшее вы знаете... Возникла новая Черная дыра, и я сконцентрировался в ней в виде каменного шара.

— Какой кошмар! — воскликнул Роман, с ужасом и состраданием оглядывая каменную голову Отшельника. — Может, еще не поздно что-то сделать? Может, удастся вернуть вам человеческий облик?!

— Предлагаю вызвать скорую! — деловито вставил Википед.

— Ну что вы! — Отшельник оглушительно расхохотался. — Да вы что, шутите? Наоборот! Мне очень повезло! В тишине подпространства, в глуши Черной дыры, превратившись в одну сплошную голову, холодную и каменную, я отрекся от суеты, постиг смысл бытия, обрел душевное равновесие и научился концентрировать Силу Воли! Мне достаточно лишь захотеть — я снова вернусь в человеческий облик! Но я этого совсем не хочу! Зачем? Ведь я достиг наивысшей формы существования! Дай бог каждому!

* * *

<< предыдущая заметка следующая заметка >>
пожаловаться на эту публикацию администрации портала
архив понравившихся мне ссылок

Комментарии к этой заметке автоматически отключились, потому что прошло больше 7 дней или число посещений превысило 20000. Но если что-то важное, вы всегда можете написать мне письмо: lleo@lleo.me


книжный сомелье: сегодняшние книжные анонсики c Everybook

Перейти в магазин  Перейти в магазин  Перейти в магазин   24 сентября — День незапланированных безумств

Сегодня - лучшие книги о безумствах! Безумства толпы. Безумства Клода Моне. И безумно богатые азиаты, вот ведь тоже проблема!

Перейти в магазин   А ещё 24 сентября — День храбреца

Еще один детектив про инспектора Армана Гамаша. На этот раз пропала молодая беременная, в провинции Квебек страшное наводнение, а в сеть кто-то загрузил видео, порочащее аж самого инспектора... Как думаете, инспектор справится?

Перейти в магазин   А ещё 24 сентября — День пунктуации

Эта книга - о грамотном деловом письме. Для многих сочинение рекламы или письма - пытка, а для их читателей - кровь из глаз. Но лингвист Елена Борисова учит создавать профессиональные тексты хорошо! Почти как у меня в этих анонсах.