логин: 
<< предыдущая заметкаследующая заметка >>
09 января 2006
пра будущие книшшки или "Майор Богдамир спасает деньги"

Меня спрашивают, когда будет новая книга, когда будет закончена «Лена Сквоттер» и т.д. А ситуация следующая. Книгу я обязан сдать в самое ближайшее время. Причем издательству АСТ не особо важно, что это будет, главное, чтобы не хуже предыдущих. Что я всеми силами пытаюсь обеспечить и переобеспечить. Это будет сборник неиздававшихся повестей-рассказов последних лет, куда войдут: «Ухо», «Горшки и боги», «На место», «Пирамида», «День сверчка», «Народная медицина», «Там, где нет ветра», «Кармический предок Рамирес Гальега», «Нульгород», «Курсанты спасают Солнце» и «Майор Богдамир спасает деньги». Большей части этих вещей нет на сайте, и пока не будет — прошу отнестись с пониманием. Как будет называться это сборник — неясно, хотя название «Дай бог каждому» мне по-прежнему нравится.

Последние две вещи в списке — это я все-таки взялся писать космическую эпопею о приключениях доблестного майора Богдамира. Из всего сборника мне осталось дописать «Майор Богдамир спасает деньги», над чем я сейчас упорно работаю. Думаю, за недельку закончу. После чего сдам книгу и немедленно сяду за новую — дописывать «Лену Сквоттер». Если пойдет бойко — это будет отдельный роман. Если решу, что нечего там растягивать, — будет просто большая повесть, к которой добавлю еще пару повестей из тех, что лежат в недоделанных черновиках, и выйдет как сборник повестей.

А если кому интересно — сейчас покидаю кусков из «Майор Богдамир спасает деньги». Предупреждаю заранее, а то обычно начинаются претензии: вы забрались в чужой дневник и собираетесь читать разрозненные черновики по своей воле. Никто (особенно я) вам не советует это делать! Автор не гарантирует приятного времяпровождения, поскольку работа на стадии 70%-й разрухи (т.е. сделано только 30% разрухи) :)




МАЙОР БОГДАМИР СПАСАЕТ ДЕНЬГИ
(разрозненные отрывки на правах дневниковой публикации)

Уже, казалось, и кино изобрели, и компьютерные игры, и даже интернет, и даже мыслепутешествия изобрели — смотри на самые разные несчастья и убийства сколько душе угодно. Но все же понимают, что они ненастоящее. Поэтому стоит чему-нибудь произойти — тут же набегает толпа.

Примерно так рассуждал капитан патрульной службы милицейского подразделения Сириуса, глядя в иллюминатор из своего звездолета на толпу яхт всякого рода зевак, слетевшихся в этот Богом забытый уголок пространства. Капитан был толст и лыс, ему хотелось пива. Пиво за штурвалом было запрещено даже штатским, а здесь вот-вот должен был появиться следователь. Капитан еще раз поглядел на часы — да, вот-вот должен появиться. И он действительно появился.

Небольшой белый катер спортивного типа заложил крутой вираж, приветливо высунул манипулятор и помахал им. Сперва капитан решил, что это очередной зевака, но после маневра катер сразу направился к милицейскому звездолету.

А через минуту в шлюзе раздался топот тяжелых сапог, и вскоре в рубке появился человек огромного роста, но довольно молодой — лет двадцати пяти. Был он одет в брезентовую куртку самого штатского вида и такие же грубые космические панталоны, в каких пенсионеры летают на свои дачные участки малообжитых планет. На щеке, если приглядеться, угадывался хорошо залеченный шрам от лазерного луча, на виске виднелось родимое пятно в форме звездочки, а на могучем носу сидели старомодные черные очки. В сочетании с мускулистой фигурой они придавали следователю вид космического бандита, если бы не характерная четкость движений, которая выдавала военную выправку.

— Старший следователь Вселенского уголовного розыска майор Хома Богдамир! — отрекомендовался прибывший, махнув лазерным удостоверением.

— Капитан патрульной службы Стрыжик! — представился капитан.

— Почему не убрали штатских зевак? — майор Богдамир указал пальцем-сарделькой в сторону иллюминатора.

— Да как их уберешь... — вздохнул капитан Стрыжик. — Они ж как эти... Как если чего — так у них же это... Событие, так они сразу и... э... вы куда?

Но майор его не слушал. Оттеснив капитана, он сел за пульт и взялся за микрофон ваккумного рупора.

— ВНИМАНИЕ ВСЕМ СУДАМ! — гаркнул он. — В СВЯЗИ С УТЕЧКОЙ ВИРУСА И ЗАРАЖЕНИЕМ ПРОСТРАНСТВА КОСМИЧЕСКОЙ ЧУМКОЙ ПРОСИМ ОСТАТЬСЯ ДОБРОВОЛЬЦЕВ В ПОНЯТЫЕ!

— Какой чумкой? — удивился Стрыжик.

— Не знаю, — ответил Богдамир. — Но всегда действует.

Яхты за иллюминатором пришли в движение. Одна за другой они стартовали с места и уходили в далекий космос. Вскоре вокруг не осталось ни одного судна, кроме белого катера Богдамира, покачивающегося рядом на стыковочном трапе.

— Теперь можно работать, — Хома Богдамир встал. — Итак, что произошло?

— Трупы обнаружил прогулочный катер семьи Эриксон, — быстро затараторил капитан. — Они и связались с нами. Мы с напарником выловили трупы из вакуумного пространства и поместили в грузовой отсек...

— Плохо, — сказал Богдамир. — Могли потеряться следы.

Капитан Стрыжик смутился — ему казалось, что майор сверлит его глазами из-под очков.

— Продолжайте, — сказал Богдамир. — Сколько было трупов?

— Два... Инкассатор-пилот и инкассатор-штурман... Место, где плавали трупы, мы очертили планктонным маркером. Вот... — капитан услужливо одернул занавесочку иллюминатора, хотя она особо и не загораживала обзора.

Посреди космоса, такого же черного, как очки Богдамира, висели два зеленых светящихся контура тел, очерченных планктонным маркером. Выглядели контуры, прямо скажем, неважно. То ли в этом месте Вселенная расширялась особенно быстро, то ли здесь были какие-то неизвестные науке вакуумные течения, а может, планктон размыло сквозняками дюз, но контуры неприлично расширились — раз в сто. Кроме того, они приняли странные очертания. У инкассатора-штурмана вырос горб, а у пилота несоразмерно вытянулась нога и неестественно выгнулась назад. Капитану было немного стыдно, что он не сумел сберечь даже эти немногочисленные факты до приезда следователя.

— Вы не смотрите, что они... — смущенно начал капитан, но следователь его прервал.

— Я и не смотрю, — сказал он. — У меня нет глаз.

Капитан Стрыжик открыл от удивления рот, но тут же сообразил, что следователь шутит.

— Не шучу, — произнес Хома, словно прочел его мысли. — Просто у меня хорошо развиты остальные чувства. Вижу я только инфракрасные лучи, причем моно. — С этими словами он повернулся и жестом фокусника вынул из воздуха две белые перчатки. — Хочу ощупать трупы, — сказал он, не меняя интонации, и капитану эти слова показалось роковыми и даже зловещими.

Они прошли в грузовой отсек.

 

Трупы выглядели как любые трупы, которых коснулась злая рука вакуума. Тому, кто ни разу в жизни не видел, что творит вакуум с живыми организмами, можно посоветовать купить хороших сосисок в натуральной белкозиновой оболочке, поставить их вариться, тем временем уйти к компьютеру почитать почту, а вернуться лишь через полчаса.

Капитан Стрыжик держался с трудом и пытался не смотреть на обескровленные тела, лопнувшие и вывернутые наизнанку. А вот Богдамира это не смущало: становилось понятно, что вакуумные трупы для старшего следователя — вещь привычная, бытовая.

— Горло, — задумчиво сказал Хома, распрямляясь над столом и шевеля пальцами покрасневших от крови перчаток. — У одного следы удушения, а вот другой... у другого горло перерезано острым предметом! В вашем рапорте говорилось, что оба задушены. Как же так? Вот он, разрез! На обычный нож не похоже — он раздвигает ткань. На лазерный меч тоже не похоже — был бы ожог...

Хома свистом подозвал робота-мусорщика, стянул перчатки и швырнул ему в бак.

— Сам инкассаторский броневик исчез, — произнес Хома, не то констатируя, не то спрашивая.

— Исчез! — уныло кивнул капитан. — Если он вообще был... Они же могли так, на звездную рыбалку ехать...

— В форме ехать? — Хома уставился на капитана черными стеклами очков так, что тому стало не по себе. — А убили их, выходит, чтобы отобрать силовые удочки?

Капитан вздохнул и только развел руками.

— Свидетелей нет... — произнес Хома тем же тоном.

— Откуда ж они здесь?

— Никаких предметов не найдено, — продолжал Хома.

— Не найдено... — вздохнул капитан. — Чего же здесь искать-то? Пустой космос...

— Ровняйсь, — тем же спокойным тоном сообщил Богдамир.

— Как вы сказали? — недоуменно переспросил капитан.

— РОВНЯСЬ!!! — рявкнул Богдамир так, что капитан непроизвольно вытянулся и даже встал на цыпочки. — УПАЛ НА ПОЛ!!! ОТЖАЛСЯ ДВАДЦАТЬ РАЗ!!!

Пока капитан пыхтел на полу, Хома стоял к нему спиной, заложив руки за спину и сверлил взглядом стену грузового отсека.

— Преступная безответственность! — выговаривал Хома, не поворачивая головы. — За пол дня не сделано ничего! Не установлен рейс инкасатора! Не выяснены личности погибших! Улики затоптаны зеваками! Трупы не осмотрены и не описаны толком... Куда встаем?! Я сказал: двадцать, а не восемнадцать!!! Почему пивом пахнет на милицейском крейсере?! А вот это что? Что это?

Вконец запыхавшийся капитан Стрыжик поднялся и на негнущихся ногах подошел к Богдамиру. Тот все так же стоял спиной, подняв руку. На руке была свежая белая перчатка, а в пальцах зажат зеленый лоскуток.

— Я спрашиваю: что у меня в руках? — отчеканил Богдамир.

— Н-н-н-не могу знать! Та... Таварищ майор! — еле выговорил Стрыжик.

Майор Богдамир повернулся. Он был огромен. Казалось его очки сейчас слетят, а глаза сожгут капитана.

— Это, — веско произнес Богдамир. — Половина долларовой банкноты. И она валялась в космосе — я ее нашел и подобрал манипулятором, подлетая сюда. Откуда? Это ты порвал банкноту? Или зеваки? — он покачал банкнотой. — Не похоже. Банкнота свежая, только из пачки.

— Н-н-не я! — выговорил Стрыжик и потянулся за банкнотой, но Хома отвел руку. — Отставить! Там могут быть отпечатки! Так откуда в космосе половина новенькой стодолларовой купюры?

— Так это... — Стрыжик открыл рот и снова закрыл. — Наверно это... От инкассаторов! Да! Они везли наверно деньги!

— От инкассаторов. Правильно. Но ведь инкассаторы — нормальные люди, они пользуются безналичными картами, так? При каких обстоятельствах инкассаторы распечатывают опломбированный трюм и рвут банкноты?

— Не знаю...

— Вот и я не знаю, — веско сказал Богдамир. — Разве что они с кем-то сражались. Кто мог проникнуть в их корабль, распечатать трюм и драться за банкноты?

— Может, — капитан сглотнул, — может это все-таки их банкнота?

— Может, — сказал Богдамир, спрятав клочок и зашагав к выходу. — Все может быть, старший лейтенант Стрыжик, — добавил он, не оборачиваясь.

* * *

skip — сцена в шлюпке и пингвин Кеша

skip — сцена в офисе Вселенского Движения Зеленых

* * *

Майор Богдамир прибыл в центральный офис Южного Вселенского банка России ко времени назначенной встречи с точностью до секунд. И увидел, как с той же точностью навстречу ему выскакивает совершенно круглый человек. Круглым в нем было все, и даже улыбка разрезала его лицо идеальным полукругом. Квадратными, пожалуй, были только зубы — белы и одинаковы как листки, выдранные из блокнота, что наводило на мысль о генетическом модицифировании.

— Адольф Стейк, — протянул улыбающийся человек круглую ладошку. — Генеральный директор по управлению направлениями.

— Старший следователь Вселенского уголовного розыска майор Хома Богдамир, — сообщил Богдамир.

— А это чудесное... э-э-э... — господин Адольф Стейк замялся, указывая круглой ладошкой на Кешу.

— Это со мной. Служебный пингвин.

— Очень! Очень рад! — произнес господин Стек совершенно счастливым голосом. — Пройдемте, прошу вас! Пройдемте в переговорную, все уже накрыто!

И они пошли по коридорам Банка — мимо гигантских комнат, сверкающих девушками и терминалами, мимо суетливых роботов, перебегающих дорогу с листами старомодных бумаг, мимо офисных поилок-кормилок, источающих ароматы кофе и соевого попкорна, мимо игральных автоматов и призывно мигающих разноцветными лампочками санузлов.

Адольф Стейк не бежал, а словно катился впереди, и Богдамир с его размашистой походкой едва за ним поспевал.

На столе переговорной комнаты лежала самая настоящая скатерть, а на ней стояла ваза с самым настоящим печеньем. Кеша сразу на него накинулся, забравшись на стол перепончатыми ногами.

— Простите... — пробормотал Богдамир, стаскивая Кешу.

— Нет-нет! — воскликнул Стейк. — Восхитительно! Замечательно! Ваш пингвин — это поистине...

— К делу, — сухо оборвал Богдамир. — Вопрос первый: почему вы такой радостный?

— Я? — растерялся господин Стейк. Его рот и глаза стали идеально круглыми.

— Вы. У вашего банка пропало триста миллиардов долларов. Почему вы не в трауре?

Но господин Адольф уже пришел в себя и широко улыбался.

— Во-первых, профессия современного банковского работника, — веско начал он, — требует определенного внешнего вида, образа речи и мыслей. Своего рода униформа. Мы обязаны носить улыбку, но вы же тоже носите униформу?

— Я — нет, — отрезал Богдамир. — Ну а во-вторых?

— Во-вторых, — Стейк широко улыбнулся. — Буду с вами честен: пропажа балансной наличности — огромное счастье для нашего Банка, как вы понимаете!

— Не понимаю, — Богдамир навел на него свои черные очки. — Вы везли свои деньги через полкосмоса в инкассаторском броневике. Они пропали, так и не дойдя до получателя. В чем повод для радости?

Стейк поднял свои круглые ладошки, покрутил ими в воздухе и снова опустил вдоль туловища.

— Если я правильно понимаю, — елейным голосом начал он, в правой руке его появилась указка, а доска за спиной осветилась, — ваша профессия и ваши хобби равнодалеки от финансовых наук... Это не страшно! Я почту за честь совершить с вами небольшое путешествие в мир финансовых технологий!

— Если можно — очень кратко, — произнес Богдамир, наблюдая за Кешей, который норовил снова залезть на стол.

— Обратим внимание на экран! — Стейк повернулся и взмахнул указкой.

— Если можно — на словах, — прервал Богдамир. — Я слепой от рождения.

Господин Адольф Стейк не удивился. Или сделал вид, что не удивился. Указка тут же исчезла.

— Как мы с вами знаем, — начал он, — современная финансовая система не использует деньги. С середины 21 века мы пользуемся исключительно анти-деньгами. Мы все — физические лица, юридические лица, — все мы живем в кредит. Недвижимость, движимость, энергия, продукты питания, одежда, связь, вода, воздух — все это мы получаем гораздо раньше, чем сумеем оплатить. Мы набираем кредиты один за другим, и пытаемся их погасить при помощи заработной платы. Но наши взаимные кредиты настолько высоки, что оплатить их полностью мы уже не сумеем никогда. Более того — это никому не нужно. Более того — это крайне нежелательно для экономики. Ситуация, когда все — должники, и каждое лицо, физическое или юридическое, состоит у всего мира в огромном неоплатном долгу — это крайне благоприятно для развития и процветания общества!

— Почему? — спросил Богдамир.

— Как почему? — улыбнулся господил Адольф. — Потому что огромные долги тонизируют и заставляют работать! Представьте себе такой пример: я обещаю вам платить килограмм золота каждый день...

— Зачем мне золото? — удивился Богдамиир.

— Золото — это традиционный пример. Итак, я обещаю вам ежедневно килограмм золота, чтобы вы пылесосили свою квартиру и читали еженедельник «Economy Geographic». А вы обещаете давать мне ежедневно такой же килограмм золота чтобы я делал зарядку и соблюдал диету. Что у нас с вами получается? Вы живете в чистоте и повышаете свое образование, а я укрепляю свое здоровье. Все это мы делаем не бесплатно, а по долгу, во взаимозачет — за счет несметных килограммов золота. Которого на самом деле ни у кого из нас нет и никогда не было. Понимаете? А теперь представьте себе то же самое в масштабах вселенной. Понимаете?

— Кажется, начинаю понимать...

— Очень хорошо! — господин Стейк потер руки. — Поэтому благосостояние физического или юридического лица уже давным-давно измеряется не в объемах денег, которые у него есть, а в объемах денег, которых у него нет. Как то золото. Кредитные единицы — это валюта, которую мы используем, как наши далекие предки использовали бумажные деньги.

— Я не ребенок. Элементарные вещи знаю, — сухо перебил Богдамир.

— Конечно-конечно! — улыбнулся Стейк. — Просите, что говорю общеизвестное, но именно в терминах кроются ответы на все ваши вопросы! Итак, в процессе жизненных затрат мы накапливаем кредитные задолженности. В процессе заработка — списываем часть из них на баланс работодателя. Но вы же не можете купить всю Вселенную и стать самыми богатыми кредито-задолжниками в мире, верно? Почему? Потому что наши затраты ограничивают кредитное поручительство. Иными словами, вы не в состоянии взять на себя обязательство соблюдать диету и делать зарядку на такую астрономическую сумму! Допустим, вы хотите купить... ну, скажем, всю обратную сторону Луны под застройку. Не можете, верно?

— Луна для пингвввинов! — строго произнес Кеша и полез на стол к печенью, но Богдамир дал ему увесистый подзатыльник.

Стейк сделал вид, будто ничего не заметил.

— Итак, — продолжал он, — на рынке недвижимости продающиеся территории на обратной стороне Луны оценивается в триста миллиардов кредитных единиц. Наш банк немного занимается недвижимостью, поэтому я в курсе цифр... — пояснил он.

— Ага! — насторожился Богдамир. — И пропало тоже ровно триста миллиардов! Нет ли здесь связи?

— Увы, ни малейшей, — покачал головой господин Стейк. — Пропали балансные доллары, а стоимость — в кредитных единицах, какая тут может быть связь? Итак, продолжим. Луна. С вами никто не заключит сделку на такую астрономическую сумму, пока вы не предъявите поручительства о том, что вы, частное лицо, в состоянии ежегодно выплачивать хотя бы тысячную часть этого кредита. Если конечно ваше имя не Майк Задди, — пошутил господин Стейк и сам засмеялся шутке.

— Это все понятно, — сурово прервал Богдамир. — Непонятно другое...

— Мы до этого сейчас дойдем! — поднял ладошку господин Стейк. — Итак, чтобы купить в кредит обратную сторону Луны, вы должны сами быть крупным кредитодателем — множество людей и организаций, кому вы когда-то предоставили что-то в кредит, должны быть вам по гроб жизни обязаны выплатами той же суммы. Можно сказать, что Луну покупаете лично вы, а выплачивают за нее кредит они, ваши должники. Ну а распоряжаться этими колоссальными выплатами отныне смогут те, кто вам Луну продает. Что они будут с ними делать? Возможно, купят на эту сумму Марс в кредит. А, может, вложат средства в бизнес: закупят в кредит оборудование и технологию, наймут специалистов и рабочих под обещания кредитных погашений зарплат... В этой связи мне все-таки больше нравится термин анти-деньги. И не беда, что все наши анти-деньги — электронные расчеты. Если мы представим их как анти-бумажки, то они как нельзя лучше иллюстрирует все то, о чем мы с вами...

— Все это понятно, — отчеканил Богдамир. — Непонятно другое: зачем тогда нужны наличные деньги?

— О! — поднял палец Стейк, его глаза восторженно засияли, а рот округлился. — О!

— Что — о?

— О — вы сами ответили на свой вопрос! Наличные балансные средства в современной финансовой системе нужны как, простите, звезде рукав. То есть совершенно не нужны! Как и где вы потратите наличный баланс? Кто и в каком ларьке возьмет из ваших рук денежную купюру? Или тот же килограмм золота? Разве вы никогда не сталкивались с проблемой окредитить балансную наличность? Ах, ну да, если не занимались банковским бизнесом — понятное дело, никогда. Так я вам скажу: это нереально. Ни в одном банке, ни под какие проценты!

— Зачем же тогда вообще нужны наличные деньги?! — удивился Богдамир.

Глаза господина Стейка радостно округлились.

— А как же иначе? — улыбнулся он. — Что тогда будет залогом глубины вселенских кредитов? Что тогда будет двигать финансовой системой? Что сохранит баланс? Это же ни что иное, как наш с вами пресловутый золотой запас из примера с зарядкой!

— Я не понимаю, — сказал Богдамир.

— Я тожжже! — неожиданно проверещал Кеша.

Господин Стейк терпеливо сложил круглые ладошки перед грудью как хомячок, а затем снова их развел в стороны.

— Вот вы — следователь, так? — улыбнулся он.

— Старший следователь.

— Простите, старший. Вы покупаете еду, энергию, новую яхту...

— Яхта у меня казенная.

— Не принципиально! — замахал руками господин Стейк. — Вы делаете ежедневные траты, накапливая все больше кредита, все глубже становясь кредитоплательщиком. Чтобы погасить эти накопления, вы работаете. При этом вы — кредитодатель, потому что каждый месяц фирма, где вы работаете...

— Вселенский уголовный розыск, — уточнил Богдамир.

— Да, ваше госпредприятие, — кивнул Стейк. — Оно в качестве зарплаты снимает с вас и берет на себя часть ваших кредитов! Понимаете? Свою работу вы даете ему в кредит.

— Не понимаю. При чем тут наличные деньги?

— А вот представьте... — Господин Стейк снова терпеливо сложил ладошки и опять их развел. — Представьте, что вы перестали брать кредиты, перестали есть, пить, жить, но продолжаете только работать. Чисто гипотетически! В какой-то момент вдруг сложится такая ситуация, что все ваши взятые кредиты полностью погасятся.

— Это невозможно, — покачал головой Богдамир.

— Мы рассуждаем чисто теоретически! — уверил Стейк. — Представьте, что вам повысили зарплату в сто раз. Вы нашли клад в созвездии Весов. Или стали звездой эстрады как Майк Задди. Но, в отличие от Майка Задди, вы не покупаете замков в Антарктиде, не заказываете операций по пересадке своего мозга в тело дельфина, и вообще не тратитесь ни на какие кредитные покупки!

— Антарктида для пиннгвиноввв! — неуверенно прокряхтел Кеша.

— Ближе к делу, — попросил Богдамир.

— Так вот, — послушно кивнул Стейк. — Рано или поздно сложится ситуация, когда ваш заработок полностью погасит все ваши кредиты. И вы выйдете в ноль. Допустим, даже в этом случае вы не вложитесь ни во что, а продолжите свои бешеные заработки. И тогда — что? Вы выйдете в плюс! Банковская система вывернется наизнанку и, образно говоря, изрыгнет вам в ладони вот эти вот самые настоящие балансные деньги, о существовании которых вы раньше лишь что-то читали в журнале «Economy Geographic». А теперь они — ваши. В виде купюр. Или в электронном виде — не важно.

— Что я с ними буду делать?

— О! — круглые глаза господина Стейка засияли. — О! Вот именно! В самую точку! Что я с ними буду делать! Да! Они лягут на вас тяжким грузом, и вы их тщетно будете пытаться тратить. Тратить! Менять! Вкладывать! Давать на хранение! Короче — бедствовать. Потому что не запустили вовремя кредитные отношения, и остались с балансной наличностью! — Господин Стейк вздохнул. — Вот так мы с ней и мучаемся...

— Кто — мы? — удивился Богдамир.

— Мы — крупные вселенские банки.

— Так... — Богдамир в упор направил на него стекла своих очков. — Вот кое-что уже проясняется... Значит, вы были заинтересованы в том, чтобы ваш инкассаторский броневой крейсер исчез?

— Безусловно! — ответил господин Стейк, но спохватился: — Разумеется, поймите правильно — люди, человеческие жертвы, они несоизмеримы... Наши соболезнования сотрудникам и семьям... Разумеется... Само собой... Но — с точки зрения экономики: да.

— А ваш партнер, кому вы пересылали эту наличность?

— Кто? Северо-Восточный Вселенский Российский банк? И он тоже, разумеется в выигрыше. Он ведь тоже, как и мы, теперь получит страховку.

— Та-а-ак, — заинтересованно протянул Богдамир. — Страховку. Очень любопытно.

— Страховка, как вы понимаете, кредитна, — пояснил господин Стейк. — Можно сказать, что это единственный способ окредитить наличность — потерять ее. Страховая компания, к счастью, не обладает наличностью, да еще в таком объеме. Поэтому она как бы берет у нас кредит и будет его погашать по этому страховому случаю бесконечно долго.

— То есть, в убытке осталась страховая компания? — уточнил Богдамир, хотя и так было все ясно.

— Почему же? — улыбнулся господин Стейк. — Наоборот! Ее страховой фонд резко вырос на эту сумму! Вы представляете, на какие астрономические суммы она теперь сможет заключить страховые договора с клиентами?!

— Не понимаю, — нахмурился Богдамир.

— Сейчас объясню! — снова сложил ладошки господин Стейк и увлеченно начал: — Итак. Как работает страховая компания? Каждый ее клиент ежемесячно получает кредитную пенни, которая складывается из оценки рисков...

— Все, пожалуй, пока достаточно, — перебил Богдамир. — Я все понял. Все понял. То есть верю. То есть банкам выгодно, страховой компании тоже выгодно, кто же пострадал?

— Вы. — Господин Адольф Стейк безмятежно улыбался.

— Пардон? — не понял Богдамир. — Я?

— Вы. И я. Каждое физическое лицо и каждое юридическое. Пропала во Вселенной и списана огромная балансная наличность — значит, подскочил общий инфляционный баланс! Теперь все чуть-чуть подорожает. Уже подорожало. Вы не заправляли сегодня яхту на энергозаправках?

— Нет.

— Ну, значит, еще увидите. Не бойтесь, там не много инфляции — четыре с половиной процента от мирового уровня.

— А когда я найду пропавшие деньги? — сурово нахмурился Богдамир.

— Ну, — господин Стейк развел руками. — Будет очень хорошо. Но энергетическое топливо все равно уже не подешевеет.

— Это почему же? — насупился Богдамир.

— Ну вы же взрослый человек, — улыбнулся господин Стейк. — Вы же умный человек. Так? Вы можете припомнить хоть один случай, хоть одно происшествие в истории человечества, хоть какую-нибудь потерю, находку, кризис или, наоборот, всплеск с расцветом, в результате которого энергия хоть бы чуть-чуть — ПОДЕШЕВЕЛА?

* * *


PS: Опечатки, замечания по тексту — значения не имеют: все еще будет сто раз меняться. Cюжет в этих кусках тоже не прописан настолько, чтобы его обсуждать. Иными словами, пока вообще никакие замечания не нужны. Я вовсе не обращаюсь с просьбой похвалить\покритиковать\дать совет — рано еще. Для особо рьяных критиканов напоминаю, что меня почему-то совсем не интересуют указания, в какой книге какого писателя была описана похожая пуговица, и уж конечно традиционно отправляются нахуй советы срочно бросить работу и кинуться штудировать указанные вами книги/фильмы — заранее прошу не обижаться, что такая "помощь в работе" не найдет среди меня ни понимания, ни благодарности :) Образы найдены, работа идет, а публикую я черновики просто для тех, кому это интересно. И просто в целях отчитаться — мол, работаю :)

<< предыдущая заметка следующая заметка >>
пожаловаться на эту публикацию администрации портала
архив понравившихся мне ссылок

Комментарии к этой заметке автоматически отключились, потому что прошло больше 7 дней или число посещений превысило 20000. Но если что-то важное, вы всегда можете написать мне письмо: [email protected]